Коты и собаки на сказочных картинах Дэниэла Мерриама

В этот весенний и солнечный день хочется познакомить вас с чем-то необычным и ярким, что способно зацепить и остаться в памяти.

Картины известного художника-сюрреалиста Дэниэла Мерриама (Daniel Merriam) как раз обладают способностью уносить ваше воображение в сказочный и необыкновенно красивый мир.

Живописью художник занимается с 1986 года, а  до этого Дэниэл работал в качестве коммерческого иллюстратора для многих мульти-национальных корпораций.

Его первая персональная выставка состоялась в 1987 году в Abacus Gallery в штате Мэн. В том же году художник получил звание Почетного Магистра Humane Letters. С тех пор Мерриам провел более ста выставок на территории Соединенных Штатов, Европы и Ближнего Востока.

Произведения Дэниэла Мерриама были включены в три каталога reisonnés, которые находятся в постоянных архивах музеев и библиотек по всему миру. 

Акварельно-акриловая живопись Дэниэла Мерриама — это неповторимый сказочный мир, который сложно перепутать с чьими-то другими картинами, а свой стиль автор называет «esthetic dada».

Дэниэл Мерриам родился 1 февраля 1963 года в небольшой деревушке Йорк Харбор (штат Мэн, США) в творческой семье. Он вспоминает, что творческий дух наполнял атмосферу их дома, где все члены семьи играли на нескольких музыкальных инструментах.

Он был средним ребенком в большой и дружной семье из пяти братьев и двух сестер, и научился рисовать в раннем детстве. Источник

Это было действительно счастливое детство, которому можно только позавидовать белой завистью. И оно, несомненно оказало влияние на сказочно-романтическое направление, которое Дэниэл выбрал для своего творчества в будущем.

«Два фортепиано не смолкали в нашем доме, когда мы с сестрами и братьями практиковались и музицировали ежедневно. А наша матушка распахивала все окна и звуки гимнов и серенад, которые мы распевали, разносились по всей округе.»

Дети часто рассаживались вокруг кухонного стола и соревновались, рисуя забавные картинки на любые темы, которые только могли себе представить, на бумажных пакетах, пока на них не оставалось свободного места не только снаружи, но и внутри 🙂

Многие часы братья и сестры проводили в столярном цехе отца, вырезая игрушечные лодки и другие забавные вещи, с которыми можно было поиграть.

«Моя семья проводила лето в небольшом коттедже на озере Мусам. Я помню игры в окрестностях, греблю на лодках, рыбалку, строительство песочных замков и походные костры на пляже ночью.

Мы бегали по лесу босиком, играли в прятки и не надевали туфель до тех пор, пока в школе не начинались занятия осенью.

Наш подвал был заполнен аквариумами и ведрами, заполненными pollywogs, морскими обезьянами и черепахами, собранными из соседнего клюквенного болота.»

«А еще я любил скрываться от них, залезая на самые высоченные деревья, которые только находил в округе. Я карабкался вверх с ветки на ветку, пока голоса детей, играющих внизу, не исчезали за шелестом листьев. Я рисковал, испытывая свою смелость, поскольку веточки становились все тоньше. Как только я достигал верхушки, я изо всех сил обнимал ствол, раскачивающийся на ветру, и замирал. Это был мой собственный волшебный мир и оттуда сверху я мог видеть свое будущее.»

«Когда я не играл, я следовал за своим отцом, Фремонтом, в то время как он работал и задавал ему вопрос за вопросом, наблюдая за каждым его шагом — таким методичным и эффективным.

Я помню запах свежесрезанных пиломатериалов и звук его голоса, когда он объяснял мне свое ремесло. Он был инженером-строителем и очень много работал, начиная свою строительную компанию. Мой отец был в восторге от того, что я проявлял такой интерес к его работе, и вскоре мне пришлось работать рядом с ним.»

«Он дарил мне плотницкие инструменты в качестве подарков на дни рождения и Рождество.

Я научился пилить дрова не раскалывая их, и стучать молотком с ритмом барабанщика.

Ночью я смотрел, как он рисовал планы домов, которые должен был построить. Это были его мечты, и я стал свидетелем волшебства превращения их в реальность.»

«В возрасте двенадцати лет я уже работал в лесу с отцом, строя бревенчатые домики — рубил бревна топором, лезвием и цепной пилой.

Вскоре наша семья переехала в новый дом в самом сердце региона озер Себаго.»

«Величественные корабельные сосны возвышались над нашим большим голландским колониальным домом, с видом на гору Вашингтон и озером в одиннадцати милях,

Однако, в этом уединенном доме не было ни фундамента, ни септики, и он не был теплоизолирован для долгих зимних месяцев.»

«Мы с отцом выкопали фундамент вручную, ползая под домом на четвереньках, и с трудом выковыривая коренные породы из узких канавок.

Мой отец вырос на ферме и верил в воспитательные достоинства хорошей тяжелой работы. Я продолжал работать на него в раннем подростковом возрасте, но я все больше и больше проводил время в святилище моей спальни.»

«Именно там, на моем маленьком дубовом столе рядом с окном, я начал проводить блаженные часы за рисованием.

Вскоре я нарисовал целую стопку достаточно причудливых изображений, и их хватило бы, чтобы обклеить всю мою комнату.

Я помню, как время от времени я поглядывал вниз, наблюдая, как мой отец упорно трудился во дворе. Хотя я знал, что он нуждается в моей помощи, я молился, чтобы он прошел, не позвав меня.»

«В конце концов отец обнаружил мои рисунки и часто вызывал меня из моей комнаты, чтобы с гордостью показать их своим друзьям.

Однако моему отцу было трудно принять искусство как жизнеспособное призвание.

Я вспоминаю его борьбу с неосязаемостью и неопределенностью.

Еще большим мучением для него было то, что все пятеро его сыновей имели художественные планы на будущее.»

«Школа давалась мне нелегко, и мое внимание не желало фокусироваться на важных датах и именах, они все время ускользали от моего понимания. Мои учителя говорили, что я просто отсутствую на уроках.

Большую часть времени я проводил, глядя в окно классной комнаты, мечтая, путешествуя во времени по далеким мирам.

Несмотря на мои неустойчивые оценки и отсутствие интереса, мое художественное превосходство каким-то образом получило поддержку у некоторых моих учителей.»

Я поступил в Бриджтон-арт-шоу (the Bridgton Art Show , когда мне было пятнадцать лет, и вскоре занял первое место среди студентов.

На церемонии награждения меня познакомили с Аланом Маги, который получил главный приз за свою картину «Камни». Меня поразила его техника — такой большой реализм в сочетании с простотой. Алан провел со мной много времени и стал для меня не только стандартом совершенства в работе, но и личных качеств. 

Однако я так и не смог применить его навыки в своей работе, и стал активно развивать свои собственные достоинства.

Всю свою карьеру я вспоминал эту важную встречу с Аланом и всегда был готов выслушать начинающих художников и дать им небольшой вдохновляющий совет.»

«Я чувствовал, что я вел довольно уединенную жизнь в сельском климате штата Мэн, а возможность посещения колледжа искусств казалась мне недосягаемой.

Возможно, мне не хватало уверенности и поддержки. В любом случае, я никогда не учился в официальной художественной школе.

Два года я проучился в Центральном техническом институте Мэна (Central Maine Vocational Technical Institute), изучая механическое и архитектурное проектирование, а затем начал работать для архитекторов и строителей.»

«Мой отец часто часами сражался со мной, заставляя понять свои сложные вычисления и формулы, которые продолжались на многих страницах.

Хотя я не унаследовал математического мастерства моего отца, мои взгляды на перспективу и умение иллюстрировать архитектуру оказались очень полезными в течение моих первых нескольких лет работы с архитекторами и разработчиками.» 

«После того, как я доказал свои способности, мой отец пригласил меня работать в его компании. Я с радостью принял его предложение, поскольку работа в семейном бизнесе, судя по всему, обещала большие преимущества.»

«По мере того как наш строительный бизнес рос, на меня ложилось все большее бремя ответственности, и со временем я начал чувствовать себя подавленным.

Меня переполняла вина, поскольку я не собирался достигать совершенства в строительном деле. Наконец я решил, что должен делать то, что хочу — заниматься живописью.

Мой отец поговорил со мной по душам и, совершенно неожиданно, сам предложил мне развивать свой талант и заняться карьерой в искусстве.

Этот разговор придал моей  жизни совершенно новый смысл.»

«Я решил развивать свое направление в искусстве и научиться зарабатывать им на жизнь.

Браться за новое дело было катастрофически сложно, поскольку я не сохранил своих прежних работ.

Я работал в своей мастерской день и ночь, семь дней в неделю, останавливаясь только для того, чтобы поспать пару часов на моей домашней чертежной доске.» 

«Я сдавал в аренду свой дом, потому что я не мог позволить себе ипотечный платеж и никогда не был дома. Дом был в моей голове, и моя голова была в моей студии. Не тратя времени на досуг, я старательно поддерживал этот темп в течение двух лет.»

«Когда мне было 23 года, я переехал в портовый город Портлэнд.

Работая в художественной галерее, я смог арендовать свободный подвал под нею.

Там было темно, все покрыто плесенью, а печка сжигала большую часть кислорода.

Стены в подвале были сделаны из крошащегося кирпича и полевого камня.»

«Я нашел несколько старых французских дверей, встроил их в перегородки и повесил светильники, свисающие с потолка.

Это должно было быть моим домом некоторое время, но в конце концов печь взорвалась, и подвал был залит черной, закопченной водой.»

«Я оказался на улице в холодную зимнюю ночь, бредущий сквозь метель, и слишком гордый, чтобы идти домой к моим родителям.

Мне нужен был хотя бы какой-то пол, на котором можно было спать.»

«Были моменты, когда мне хотелось сдаться, но со временем я все изменил, улучшив свой художественный талант.

Если бы не мои слабости, я бы никогда не открыл свои силы.

По мере того, как развивалось мое творчество, мое место в художественном сообществе тоже укреплялось.»

«В нашем обществе есть люди, которые верят в важное место художника в этом мире.

Мне повезло узнать некоторых из этих людей, и они никогда не переставали верить в меня. Они поделились со мною своими мыслями и чувствами и оказали мне поддержку.

 

Они показали мне, насколько важно то, что я делаю в искусстве и как важно следовать велению своего сердца».

«В 1980 году, мне сказали, что образные картины не поощряются, и мои способности не будут оценены. Я решил работать иллюстратором, а не абстрактным художником. С тех пор мода в искусстве несколько раз менялась, и, к счастью, образные работы заслужили большой интерес со стороны коллекционеров.»  Источник

В 1986 году Мерриам переключил свое внимание исключительно на изобразительное искусство.

Его первая персональная выставка состоялась в 1987 году в Abacus Gallery в штате Мэн.

В том же году художник получил звание Почетного Магистра  Humane Letters. 

С тех пор Дэниэл Мерриам провел более ста выставок на территории Соединенных Штатов, Европы и Ближнего Востока.

Акварельные картины Мерриама были включены в три каталога reisonnés, которые находятся в постоянных архивах музеев и библиотек по всему миру. 

Постоянно стремясь к совершенству, Дэниэл Мерриам не прекращает экспериментировать с материалами и техникой письма.

«Наверное, я пробовал рисовать уже всеми кистями и на всех видах бумаги, которые только известны человеку», — с улыбкой рассказывает художник. Источник

Акварель – тяжелая техника, поскольку ее сложно контролировать из-за быстрого высыхания. Однако Дэниэл Мерриам, несмотря на отсутствие художественного образования, справляется с ней фантастически.

«Быстрое высыхание, пятна и кляксы – это природа акварели. Нужно научиться заставить эти ее свойства работать в вашу пользу, а не против вас».

Отличительная черта многих произведений Дэниэла – присутствие на картинах различных архитектурных форм и сооружений. Легкие и изящные, розовые и белоснежные, они напоминают воздушные замки, парящие среди облаков.

Это не случайно, поскольку Дэниэл Мерриам по специальности архитектор, поэтому он умеет не только рисовать дома, но и строить их.

Поэтому его нарисованные волшебные здания получаются настолько совершенными и живыми.

Ну, а любовь Дэниэла Мерриама к собакам и ,особенно, к кошкам проявляется во множестве его волшебных картин.

Кошки у него всегда изящные и таинственные, а взгляд у них совершенно живой.


Примечание. В этой статье использованы фотоматериалы из открытых источников в интернете, все права принадлежат их авторам, если вы считаете, что публикация какой-либо фотографии нарушает ваши права, пожалуйста, свяжитесь со мной при помощи формы в разделе контакты, фотография будет немедленно удалена.

Коты и собаки на сказочных картинах Дэниэла Мерриама
5 (100%) 25 votes

Добавить комментарий